Ст. 105 УК РФ в обзорах ВС
Статья 105 УК РФ. Убийство. Позиции Судебной коллегии по уголовным делам из обзоров судебной практики Верховного Суда.
Позиций в обзорах: 60. Сначала — 11, в правиле которых названа ст. 105 УК РФ, затем дела, где она применена, а правило касается другого вопроса.
Неофициальный пересказ. Правило приведено по тексту обзора, утвержденного Президиумом ВС РФ; юридическую силу имеет официальный текст.
Действия по организации убийства, вызванные желанием осужденного завладеть фирмой, фактически принадлежавшей потерпевшему, и получать всю прибыль от коммерческой деятельности, верно квалифицированы по части 3 статьи 33, пункту «з» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации как организация убийства из корыстных побуждений, по найму.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.
Осужденный за организацию убийства по ч. 3 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ просил исключить признак корыстных побуждений, поскольку не сообщал исполнителю о своих мотивах. ВС РФ признал квалификацию верной: мотивом организатора было желание завладеть фирмой, фактически принадлежавшей потерпевшему, и получать всю прибыль, а неосведомленность исполнителя о мотиве на оценку не влияет.
По пункту «д» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации надлежит квалифицировать сопровождающиеся оскорблениями действия виновного, который после нанесения пожилой потерпевшей множественных ударов кулаками, лопатой, металлической трубой заставил ее под угрозой обливания смазочными материалами ползти в дом, где намеревался ее сжечь.
Кассационная жалоба осужденного оставлена без удовлетворения.
Осужденный нанес пожилой потерпевшей множество ударов кулаками, лопатой и металлической трубой, после чего, оскорбляя ее, под угрозой облить смазочными материалами заставил ее ползти в дом, где намеревался сжечь. Он оспаривал признак особой жестокости, ссылаясь на одномоментность ударов. Верховный Суд указал, что суд учел не только множественность повреждений, но и глумление над жертвой и причинение ей особых мучений, поэтому квалификация по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ правильна.
По пункту «и» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации следует квалифицировать убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение, в частности, когда поводом для убийства становится спровоцированный самим виновным конфликт с ранее незнакомой ему потерпевшей.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.
Осужденный по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, находясь в состоянии опьянения, сам спровоцировал конфликт с незнакомой женщиной, не желавшей с ним общаться, и избил ее, причинив смертельную травму. Защита ссылалась на обоюдный конфликт ночью в безлюдном месте. Верховный Суд согласился, что, несмотря на ночное время и отсутствие посторонних, убийство совершено в общественном месте на почве явного неуважения к обществу, то есть из хулиганских побуждений.
При назначении наказания по пункту «ж» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации суд обоснованно учел требования части 3 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации о недопустимости применения положений части 1 этой нормы закона в случаях, когда соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь.
Судебные решения оставлены без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.
Осужденный по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ просил смягчить наказание, ссылаясь на то, что при наличии явки с повинной и активного способствования раскрытию преступления суд не применил ч. 1 ст. 62 УК РФ. Верховный Суд указал, что в силу ч. 3 ст. 62 УК РФ эти правила не применяются, поскольку санкция ч. 2 ст. 105 УК РФ предусматривает пожизненное лишение свободы, и наказание назначается в пределах санкции.
В случае если умысел на лишение потерпевшего жизни возник у виновных после причинения легкого вреда здоровью, содеянное ими надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 115 и 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.
Осужденный избил потерпевшего, причинив легкий вред здоровью, без намерения убить; позже вместе с другим лицом он перенес потерпевшего в другой дом и по договоренности лишил его жизни, чтобы скрыть избиение. Осужденный просил исключить осуждение по ч. 2 ст. 115 УК РФ. Верховный Суд указал, что умысел на убийство возник после причинения легкого вреда, поэтому содеянное правильно квалифицировано по совокупности ст. 115 и 105 УК РФ.
Действия осужденного обоснованно квалифицированы по пункту «ж» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку действия всех участников организованной группы независимо от их роли в преступлении признаются соисполнительством.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба осужденного – без удовлетворения.
Осужденный, входивший в организованную группу, оспаривал осуждение за убийство из корыстных побуждений, ссылаясь на то, что лишь выполнял обязанности водителя и в лишении жизни потерпевшего не участвовал. Верховный Суд указал, что участие осужденного в организованной группе подтверждено доказательствами, а действия всех ее участников независимо от роли признаются соисполнительством, поэтому квалификация по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ верна.
Убийство малолетнего ребенка излишне квалифицировано по пункту «в» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации как убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.
Приговор и апелляционное определение изменены: исключено осуждение по квалифицирующему признаку убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии; указано, что изменения не уменьшают объем обвинения и не влекут безусловного смягчения наказания.
Мать была осуждена по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство своего ребенка в возрасте 1 года 2 месяцев как малолетнего и одновременно как лица, заведомо находящегося в беспомощном состоянии. Верховный Суд указал, что малолетний находится в беспомощном состоянии в силу возраста, поэтому дополнительная квалификация по признаку беспомощного состояния исключается.
Квалификация убийства малолетнего ребенка по пункту «в» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации не препятствует признанию судом в качестве отягчающего наказание виновных обстоятельства, предусмотренного пунктом «п» части 1 статьи 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, совершения такого убийства родителем.
Апелляционное определение оставлено без изменения, кассационные жалобы отклонены.
Апелляционный суд признал отягчающим обстоятельством по п. «п» ч. 1 ст. 63 УК РФ совершение родителями убийства своего несовершеннолетнего ребенка, а защита сочла это двойным учетом признака п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Верховный Суд указал, что п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ охватывает убийство малолетнего любым лицом, а отягчающее обстоятельство касается именно родителя, обязанного воспитывать ребенка, поэтому ч. 2 ст. 63 УК РФ не нарушена.
По пункту «в» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии) надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, не способному в силу возраста, физического состояния здоровья или других обстоятельств защитить себя, оказать активное сопротивление виновному при условии, что последний, совершая убийство, осознает это обстоятельство.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба адвоката отклонена.
Осужденная при разбойном нападении убила престарелую потерпевшую, и суд квалифицировал убийство в том числе по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Верховный Суд согласился с этим, поскольку осужденная достоверно знала о преклонном возрасте потерпевшей и ее неспособности в силу физического состояния защитить себя и осознавала эти обстоятельства.
Действия лица, который в общественном месте без видимого повода нанес потерпевшему удары ножом в жизненно важный орган – шею, причинив повреждения, повлекшие его смерть, свидетельствуют о наличии у него умысла на лишение потерпевшего жизни и подлежат квалификации по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, совершенное из хулиганских побуждений.
Приговор оставлен без изменения, кассационная жалоба осужденного о переквалификации на ч. 4 ст. 111 УК РФ отклонена.
Осужденный в состоянии опьянения на улице без видимого повода внезапно напал сзади на незнакомого человека и нанес ему не менее двух ударов ножом в шею, от которых тот скончался; суд квалифицировал содеянное по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Верховный Суд отклонил доводы о драке и неосторожности, указав, что характер действий и локализация ударов подтверждают умысел на убийство и хулиганский мотив.
В случае, если умысел на лишение потерпевшего жизни возник у виновных после его захвата и перемещения, совершенных с целью выяснения с ним отношений по поводу произошедшего перед этим конфликта, содеянное ими надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 126 и ст. 105 УК РФ.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба отклонена.
Осужденные поместили потерпевшего в багажник и вывезли к котловану, чтобы выяснить отношения после конфликта, а уже там решили убить его, чтобы скрыть похищение, и нанесли смертельные удары ножом. Верховный Суд отклонил довод об излишней квалификации по ст. 126 УК РФ, указав, что захват и перемещение изначально не были направлены на убийство, умысел на него возник после похищения, поэтому содеянное образует совокупность преступлений.
Об умысле, направленном на лишение жизни, свидетельствует характер действий виновного, который облил потерпевшего легковоспламеняющейся жидкостью (бензином) и поджег его.
Кассационная жалоба оставлена без удовлетворения, квалификация по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ признана правильной.
Осужденный облил сына бензином и поджег его; в жалобе он просил переквалифицировать действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ, ссылаясь на неосторожность по отношению к смерти. ВС РФ согласился с судом, что сам характер действий указывает на умысел на убийство: виновный не мог не осознавать, что такие действия могут повлечь смерть потерпевшего.
С учетом положений части 6 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд обоснованно удовлетворил ходатайство об оглашении показаний несовершеннолетней потерпевшей, данных на предварительном следствии, без вызова ее для допроса в судебное заседание, сославшись на имеющиеся в деле материалы (заключение и показания эксперта), подтверждающие то, что участие в судебных действиях может негативно сказаться на психическом состоянии несовершеннолетней.
Кассационная жалоба осужденного оставлена без удовлетворения.
Осужденный за похищение, изнасилование, насильственные действия сексуального характера и покушение на убийство малолетней оспаривал оглашение ее показаний без вызова в суд. ВС РФ признал решение суда законным: оно принято с учетом мнения сторон и основано на заключении комплексной психолого-психиатрической экспертизы, показаниях эксперта-психолога, справке психолога и пояснениях законного представителя о вреде допроса для психики потерпевшей.
Действия виновного, связанные с удержанием потерпевшего в процессе непосредственного применения другим лицом насилия, направленного на лишение жизни, квалифицируются как соисполнительство в убийстве.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.
Осужденный по п. «а», «в», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ просил признать его лишь пособником, утверждая, что только держал потерпевших. Суд установил, что в обоих эпизодах он удерживал потерпевших за ноги, пока соучастник наносил удары ножом или душил; ВС РФ со ссылкой на п. 10 постановления Пленума № 1 признал такие действия соисполнительством в убийстве.
Установление умысла на совершение преступления является правовым вопросом, который при рассмотрении дела судом присяжных заседателей с учетом положений части 5 статьи 339 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит включению в вопросный лист и разрешается судьей при вынесении приговора.
Кассационное определение и последующее апелляционное определение отменены, дело передано на новое кассационное рассмотрение.
Подсудимый осужден с участием присяжных по ч. 1 ст. 105 УК РФ; умысел на убийство председательствующий вывел из установленных вердиктом фактов. Кассационный суд счел, что умысел должны были устанавливать присяжные, и отменил апелляционное определение, после чего действия переквалифицированы на ч. 4 ст. 111 УК РФ. ВС РФ указал, что умысел и квалификация – правовые вопросы, которые в силу ч. 5 ст. 339 УПК РФ не включаются в вопросный лист и разрешаются судьей.
Принятие судьей решения о возвращении уголовного дела прокурору в порядке статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации для устранения препятствий его рассмотрения судом в связи с допущенными следователем нарушениями уголовно-процессуального закона не является обстоятельством, исключающим участие того же судьи в рассмотрении уголовного дела после устранения допущенных нарушений.
Доводы о рассмотрении дела незаконным составом суда признаны несостоятельными, оснований для отмены приговора по этому мотиву не найдено.
Защита ссылалась на незаконный состав суда: до возвращения дела прокурору по ст. 237 УПК РФ председательствующий разрешал ходатайства о допустимости доказательств. ВС РФ отметил, что в постановлении о возвращении дела судья не высказывался об оценке и достаточности доказательств, о событии преступления и квалификации, а указание на нарушения следователя не относится к обстоятельствам ст. 62 УПК РФ; отводы судье не заявлялись.
В соответствии с требованиями статьи 339 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вопросный лист не должен содержать вопросов, требующих юридической оценки, в частности касающихся формы вины подсудимого.
Доводы кассационной жалобы о нарушениях при составлении вопросного листа признаны несостоятельными.
По делу о поджоге в медицинском учреждении, повлекшем гибель четырех пациентов, защита утверждала, что вопросный лист не содержал вопросов о форме вины, а вердикт – выводов о ней. ВС РФ указал, что форма вины – правовой вопрос, который не ставится перед присяжными; суд на основании установленных вердиктом фактических обстоятельств сам сделал вывод о косвенном умысле подсудимого.
В случае смерти лица, совершившего общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, суд выносит постановление о прекращении уголовного дела на основании пункта 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Постановление о прекращении дела и апелляционное определение оставлены без изменения.
Дело в отношении лица, совершившего в состоянии невменяемости деяние, предусмотренное п. «а», «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, было прекращено в связи с его смертью по п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Защитник требовал прекращения за отсутствием состава и реабилитации. ВС РФ указал, что невменяемость не исключает правовой оценки деяния, а при невозможности применить принудительные меры из-за смерти дело прекращается по п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ без реабилитации.
С учетом положений Федерального закона о присяжных заседателях допускается привлечение одного и того же лица к участию в качестве присяжного заседателя при рассмотрении разных уголовных дел, если это происходит в разные календарные годы при соблюдении требований закона к отбору кандидатов в присяжные заседатели, а также к формированию списков кандидатов.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.
Защитник осужденного по п. «а», «е» ч. 2 ст. 105 и ч. 2 ст. 167 УК РФ ссылался на незаконный состав коллегии, поскольку часть присяжных уже участвовала в рассмотрении дел в 2021 г., а одна из них – в 2019–2020 гг. под председательством того же судьи. ВС РФ указал, что ограничение «один раз в год» относится к календарному году, поэтому участие в 2022 г. лиц, бывших присяжными в прежние годы, допустимо.
Суд пришел к обоснованному выводу о том, что количество нападавших, их агрессивное поведение, обстоятельства и характер примененного физического насилия в присутствии малолетних детей в отношении самого оправданного, других находившихся на территории его домовладения лиц, в вечернее время, а также внезапность нападения и применение нападавшими предметов, используемых в качестве оружия, давали оправданному право принять адекватные меры защиты себя, своей семьи, в том числе малолетнего ребенка, и иных лиц.
Оправдательный приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.
Лицо было оправдано по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ: суд установил, что несколько человек, вооружившись палкой и черенком, внезапно ворвались вечером на территорию его домовладения, нанесли удары ему и избили одного из гостей в присутствии малолетних детей, и он нанес нападавшим удары ножом, защищая себя и других. Потерпевшая оспаривала вывод о необходимой обороне. Верховный Суд согласился, что эти обстоятельства давали право на адекватную защиту по ст. 37 УК РФ.
Действия осужденной, совершенные после поджога потерпевшего и выраженные в том, что она приняла меры к вызову службы скорой помощи и пожарной охраны, а также помогала погасить горение на теле потерпевшего, не могут указывать на отсутствие умысла на убийство, поскольку осужденная выполнила все действия, направленные на лишение жизни потерпевшего и составляющие объективную сторону этого преступления.
Вывод о наличии умысла на убийство признан обоснованным, доводы кассационной жалобы отклонены.
Осужденная облила потерпевшего бензином и подожгла, высказывая намерение его сжечь; от ожогов он скончался. В жалобе она отрицала умысел на убийство, ссылаясь на то, что затем вызвала скорую помощь и пыталась потушить потерпевшего. Верховный Суд указал, что эти действия, учтенные как смягчающие обстоятельства, совершены после выполнения всей объективной стороны убийства и не свидетельствуют об отсутствии умысла.
Отказ следователя в удовлетворении ходатайства о назначении психофизиологического исследования показаний обвиняемой нельзя признать нарушающим ее право на защиту, поскольку проверка объективности показаний с использованием полиграфа уголовно-процессуальным законом не предусмотрена; оценка достоверности и допустимости показаний отнесена к исключительной компетенции суда.
Верховный Суд признал отказ следователя в назначении психофизиологического исследования обоснованным и отклонил этот довод жалобы.
Осужденная по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ считала, что отказ следователя проверить ее показания на полиграфе нарушил право на защиту. Верховный Суд указал, что такая проверка законом не предусмотрена, ее результаты не отвечают требованиям ст. 74 УПК РФ к доказательствам, а оценка достоверности показаний относится к исключительной компетенции суда.
По смыслу закона активное способствование раскрытию и расследованию преступления состоит в добровольных и активных действиях виновного, направленных на сотрудничество со следствием, и может выражаться, например, в том, что он предоставляет органам следствия информацию, до того им неизвестную, об обстоятельствах совершения преступления и дает правдивые, полные показания, способствующие расследованию.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба осужденной не удовлетворена.
Осужденная по п. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ просила признать активное способствование раскрытию и расследованию преступления, ссылаясь на изложение обстоятельств при проверке показаний и указание места, где была выброшена бита. Верховный Суд указал, что эти действия учтены как частичное признание вины, а бита была обнаружена следователем ранее без ее участия, поэтому оснований для признания активного способствования не было.
С учетом положений части 1 статьи 10 УК РФ об обратной силе уголовного закона суд кассационной инстанции исключил указание на признание отягчающим наказание обстоятельством совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел.
Приговор и апелляционное определение изменены: исключено указанное отягчающее обстоятельство, наказание за каждое преступление и по совокупности смягчено, окончательно назначено 17 лет 8 месяцев лишения свободы в колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.
Осужденному, в том числе по п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, суд на момент приговора правильно признал отягчающим обстоятельством совершение умышленного преступления сотрудником органа внутренних дел. После приговора Федеральным законом от 13 июня 2023 г. № 210-ФЗ это положение п. «о» ч. 1 ст. 63 УК РФ утратило силу, и Верховный Суд применил обратную силу закона, улучшающего положение лица (ст. 10 УК РФ).
Положения части 1 статьи 62 УК РФ не применяются, если соответствующей статьей Особенной части УК РФ предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь, которые могут быть назначены осужденному. В этом случае наказание назначается в пределах санкции соответствующей статьи.
Приговор оставлен без изменения, кассационная жалоба осужденного не удовлетворена.
Осужденный по ч. 5 ст. 33, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, у которого установлены смягчающие обстоятельства по п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ при отсутствии отягчающих, просил применить ч. 1 ст. 62 УК РФ. Верховный Суд указал, что санкция ч. 2 ст. 105 УК РФ предусматривает пожизненное лишение свободы, поэтому в силу ч. 3 ст. 62 УК РФ правило о двух третях не применяется и наказание назначается в пределах санкции.
Действия лица, который бросил в направлении сотрудников полиции, находившихся при исполнении служебных обязанностей и прибывших на место происшествия в связи с сообщением о бытовом конфликте, приведенную в боевое состояние осколочную гранату, взорвавшуюся в непосредственной близости от них, правильно квалифицированы в этой части по статье 317 Уголовного кодекса Российской Федерации как посягательство на жизнь сотрудников правоохранительного органа в целях воспрепятствования их законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.
Осужденный в ходе бытового конфликта бросил приведенную в боевое состояние осколочную гранату в сторону потерпевшей и прибывших по вызову сотрудников полиции в форме; граната взорвалась рядом с ними. Он оспаривал квалификацию по ст. 317 УК РФ. Верховный Суд указал, что умысел был направлен на воспрепятствование законной деятельности полиции по охране общественного порядка, а в отношении потерпевшей действия верно квалифицированы как покушение на убийство общеопасным способом.
Согласно части 4 статьи 65 Уголовного кодекса Российской Федерации при назначении наказания лицу, признанному вердиктом присяжных заседателей виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения, обстоятельства, отягчающие наказание, не учитываются. По смыслу положений статьи 33 Уголовного кодекса Российской Федерации действия организатора преступления охватывают действия пособника, поскольку могут включать в себя подыскание исполнителя преступления, обеспечение соучастников оружием, разработку плана, распределение ролей, сокрытие следов преступления и т.п.
Приговор и апелляционное определение изменены: исключены осуждение по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ и учет отягчающего обстоятельства, наказание смягчено, по совокупности назначено 11 лет 10 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.
Осужденный признан присяжными заслуживающим снисхождения, однако суд учел при назначении наказания отягчающее обстоятельство по п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ, а апелляция его не исключила; кроме того, его действия квалифицированы по ч. 3 и 5 ст. 33, ч. 1 ст. 105 УК РФ. Верховный Суд указал на ч. 4 ст. 65 УК РФ и на то, что действия организатора охватывают действия пособника, поэтому квалификация по ч. 5 ст. 33 УК РФ излишняя.
С учетом положений статьи 9 Уголовного кодекса Российской Федерации дополнительное наказание в виде ограничения свободы может быть назначено за деяние, совершенное после 10 января 2010 г., а совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, новых потенциально опасных психоактивных веществ либо других одурманивающих веществ, может быть признано отягчающим наказание обстоятельством при осуждении за преступление, совершенное после 1 ноября 2013 г.
Судебные решения изменены: исключены дополнительное наказание в виде ограничения свободы и отягчающее обстоятельство (опьянение), лишение свободы смягчено до 17 лет 6 месяцев.
Лицу, осужденному с участием присяжных по п. «а», «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ за убийство, совершенное 13 января 2008 г., назначено дополнительное наказание в виде ограничения свободы и учтено отягчающее обстоятельство – состояние алкогольного опьянения. Верховный Суд указал, что в силу ст. 9 УК РФ на момент преступления ограничение свободы еще не применялось, а такое отягчающее обстоятельство законом не было предусмотрено.
Характер действий лица, которое облило бензином потерпевшую и подожгло ее, свидетельствует об умысле на убийство.
Судебные решения оставлены без изменения, кассационные жалобы осужденного и адвоката – без удовлетворения.
Осужденный по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ облил супругу бензином и поджег ее; защита отрицала умысел на убийство, выдвигала версию о причастности самой погибшей к возгоранию и просила о переквалификации на ч. 4 ст. 111 УК РФ. Верховный Суд указал, что виновность и умысел на причинение смерти подтверждены показаниями свидетелей, сообщениями самой потерпевшей, заключениями экспертиз, и оснований для переквалификации нет.
Характер действий лиц, переместивших на тонкий лед реки избитого потерпевшего, который упал под лед и утонул, свидетельствует об умысле осужденных на причинение ему смерти.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба осужденного – без удовлетворения.
Осужденный вместе с соучастником избил потерпевшего, в том числе металлическим прутом, после чего они поместили его на тонкий лед реки; лед провалился, и потерпевший утонул. Осужденный просил переквалифицировать содеянное на ст. 109 УК РФ, утверждая, что считал потерпевшего мертвым. Верховный Суд признал эту версию опровергнутой доказательствами и указал, что характер действий соучастников свидетельствует об умысле на причинение смерти.
Убийство в процессе совершения насильственных действий сексуального характера надлежит квалифицировать как два самостоятельных преступления: убийство, сопряженное с насильственными действиями сексуального характера, и совершение действий сексуального характера с применением насилия к потерпевшей.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба осужденного – без удовлетворения.
Осужденный нанес потерпевшей множество ударов отверткой, совершил в отношении нее насильственные действия сексуального характера и причинил ей смерть; его действия квалифицированы по п. «д», «к» ч. 2 ст. 105 и п. «б» ч. 2 ст. 132 УК РФ. Довод о совершении действий сексуального характера после смерти потерпевшей опровергнут заключением экспертизы. Верховный Суд указал, что такое убийство образует два самостоятельных преступления и признак особой жестокости установлен правильно.
Мнение потерпевшего о назначении строгого наказания не может учитываться судом при вынесении приговора.
Судебные решения изменены: исключено указание на учет мнения потерпевшего о строгом наказании, наказание по ч. 1 ст. 105 УК РФ смягчено до 9 лет 3 месяцев, по совокупности преступлений – до 9 лет 6 месяцев лишения свободы.
При назначении наказания по ч. 1 ст. 105 УК РФ суд первой инстанции сослался на позицию потерпевшего о необходимости строгого наказания. Верховный Суд указал, что мнение потерпевшего о строгом наказании не может учитываться судом: тем самым оно фактически признано отягчающим обстоятельством, тогда как перечень таких обстоятельств в ст. 63 УК РФ является исчерпывающим. Апелляционная и кассационная инстанции это нарушение не устранили.
Положения части 1 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации не применяются, если соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации предусмотрены пожизненное лишение свободы или смертная казнь.
Кассационные жалобы оставлены без удовлетворения, судебные решения – без изменения.
Одному осужденному за убийство суд не применил правила ч. 1 ст. 62 УК РФ, другой осужденной, пособнице, назначил наказание с их применением. Верховный Суд признал это правильным: в силу ч. 3 ст. 62 УК РФ положения ч. 1 этой статьи не применяются, поскольку санкция ч. 2 ст. 105 УК РФ предусматривает пожизненное лишение свободы, а по второму преступлению соответствующих смягчающих обстоятельств не установлено.
В соответствии с частью 4 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации заявленный в суде отказ свидетеля от дачи показаний не препятствует оглашению показаний, данных этим лицом в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по уголовному делу в отношении его.
Верховный Суд признал оглашение показаний соответствующим ст. 276 и 281 УПК РФ и отклонил этот довод кассационной жалобы.
По делу, рассмотренному с участием присяжных заседателей, защита оспаривала допустимость оглашенных показаний ранее осужденного соучастника, допрошенного в качестве свидетеля по выделенному делу и отказавшегося давать показания. Верховный Суд указал, что ему были разъяснены права с учетом его особого положения, и заявленный в суде отказ от дачи показаний не препятствовал оглашению его показаний, данных в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по делу в отношении него.
О наличии у потерпевшего оснований опасаться осуществления угрозы убийством может свидетельствовать высказывание осужденными такой угрозы после совершения ими убийства другого лица.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба осужденного отклонена.
Осужденный вместе с соучастником после конфликта убил человека, а затем они угрожали убийством другому потерпевшему. Верховный Суд отклонил довод об отсутствии состава преступления по ч. 1 ст. 119 УК РФ, указав, что угроза, высказанная сразу после совершения убийства другого лица, давала потерпевшему основания опасаться ее осуществления.
Если в ходе совершения кражи действия виновных обнаруживаются собственником имущества и виновные, сознавая это, продолжают совершать незаконное изъятие имущества и применяют при этом насилие, опасное для жизни или здоровья, то содеянное квалифицируется как разбой.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба о переквалификации на п. «в» ч. 2 ст. 158 и п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ отклонена.
Осужденный с соучастником договорились о тайной краже, но потерпевший обнаружил их действия, после чего они избили его, нанесли удары ножом в грудь и живот и, когда он перестал подавать признаки жизни, забрали имущество. Верховный Суд отклонил довод о том, что кража была окончена до убийства, и согласился с квалификацией содеянного как разбоя и убийства, сопряженного с разбоем.
Неустановление лишь конкретного источника открытого пламени, которым осужденный […] поджег потерпевшего, не ставит под сомнение ясность вердикта коллегии присяжных заседателей и не свидетельствует о его противоречивости.
Кассационные жалобы на приговор и апелляционное определение оставлены без удовлетворения.
Присяжные признали доказанным, что потерпевший погиб, поскольку подсудимый облил его бензином и поджег открытым пламенем, но сочли недоказанным, что в его сторону была брошена зажженная спичка. Верховный Суд отклонил довод о противоречивости вердикта, указав, что неустановление конкретного источника огня не ставит под сомнение ясность вердикта и не препятствовало юридической оценке содеянного по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ.
По смыслу взаимосвязанных положений статей 252, 299, 307 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, если дело в отношении некоторых обвиняемых прекращено в связи со смертью, то в приговоре указывается, что преступление совершено подсудимым совместно с другими лицами, без упоминания их фамилий, но с указанием принятого в отношении их процессуального решения.
Приговор и апелляционное определение изменены: исключена ссылка на фамилию и инициалы умершего соучастника, указано на совершение преступления с другим лицом.
В приговоре по делу об убийстве, совершенном совместно с другим лицом (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ), суд при квалификации действий осужденного указал фамилию соучастника, производство в отношении которого следователь прекратил в связи с его смертью. Верховный Суд указал, что в таком случае в приговоре отмечается совершение преступления совместно с другими лицами без упоминания их фамилий, но с указанием принятого в отношении них процессуального решения; на выводы о виновности и наказание ошибка не повлияла.
По смыслу закона соисполнителем убийства признается лицо, непосредственно участвовавшее в процессе лишения жизни потерпевшего совместно с другими лицами (соучастниками).
Приговор оставлен без изменения, кассационная жалоба осужденного отклонена.
Осужденный по предварительной договоренности с соучастницей душил потерпевшую, после чего соучастница нанесла ей ножевое ранение шеи, и потерпевшая скончалась. Верховный Суд отклонил доводы о том, что он лишь удерживал потерпевшую и отказался от убийства: по заключению экспертов удушение также явилось непосредственной причиной смерти, а осужденный выполнил насильственные действия, направленные на убийство, и передал соучастнице нож, поэтому он является соисполнителем.
Если вследствие принятия нового уголовного закона устранена преступность деяния, за которое лицо было осуждено по предыдущему приговору, то наказание за это деяние не может быть учтено при назначении окончательного наказания по совокупности приговоров.
Приговор изменен: исключено назначение окончательного наказания по ст. 70 УК РФ, осужденный считается осужденным по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 19 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Суд назначил осужденному за убийство окончательное наказание по ст. 70 УК РФ, присоединив неотбытую часть наказания по предыдущему приговору за кражу на 1500 руб. без квалифицирующих признаков. Верховный Суд указал, что после изменений, внесенных Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. № 420-ФЗ, такое деяние не является уголовно наказуемым, поэтому наказание за него не может учитываться при назначении наказания по совокупности приговоров.
При назначении наказания лицу, признанному вердиктом присяжных заседателей заслуживающим снисхождения, отягчающие обстоятельства не учитываются.
Приговор изменен: исключено указание на рецидив как отягчающее обстоятельство, наказание по пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ смягчено до 16 лет 10 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Присяжные признали подсудимого виновным в убийстве, но заслуживающим снисхождения, однако суд при назначении наказания учел в качестве отягчающего обстоятельства рецидив преступлений. Верховный Суд указал, что по ч. 4 ст. 65 УК РФ в этом случае отягчающие обстоятельства не учитываются, и признал нарушение существенным.
Характер действий лица, который поджег квартиру, что повлекло смерть потерпевшей, свидетельствует о прямом умысле осужденного на убийство.
Приговор оставлен без изменения, кассационная жалоба осужденного отклонена.
Осужденный облил пол в квартире бензином и горюче-смазочным материалом и поджег пары, в результате чего одна потерпевшая погибла от ожогов, а вторая выжила благодаря эвакуации пожарными и медицинской помощи. Верховный Суд отклонил доводы осужденного об отсутствии прямого умысла и о необходимости квалифицировать содеянное в отношении погибшей как покушение, указав, что характер его действий свидетельствует о прямом умысле на убийство.
При решении вопроса о взыскании процессуальных издержек с нескольких осужденных суду следует руководствоваться положениями части 7 статьи 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Солидарный порядок взыскания процессуальных издержек с осужденных законом не предусмотрен.
Приговор и апелляционное определение в части солидарного взыскания процессуальных издержек отменены, дело в этой части направлено на новое рассмотрение в порядке ст. 397 и 399 УПК РФ.
Суд, рассмотревший дело с участием присяжных, взыскал с двух осужденных за убийство в солидарном порядке процессуальные издержки на представителя потерпевшей и на явку потерпевших в суд. Верховный Суд указал, что солидарное взыскание закон не предусматривает: по ч. 7 ст. 132 УПК РФ суд определяет размер издержек для каждого осужденного с учетом характера вины, степени ответственности и имущественного положения.
В соответствии с положениями части 3 статьи 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации апелляционное определение (постановление) должно содержать краткое изложение доводов лица, подавшего жалобу, а также возражения других лиц, участвовавших в заседании суда апелляционной инстанции, и мотивы принимаемого по жалобе судебного решения.
Апелляционное определение отменено, дело передано на новое апелляционное рассмотрение; осужденному избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца.
Защита в апелляционной жалобе указывала, что в приговоре по делу об убийстве неполно описана видеозапись, на которой видно, как у погибшего забирают предмет, похожий на пистолет. Апелляционный суд на этот довод не ответил и без исследования доказательств, вопреки выводу суда первой инстанции, фактически признал наличие у погибшего оружия, установив новые обстоятельства. Верховный Суд признал это нарушением ч. 3 ст. 389.28 УПК РФ.
Пересмотр судебного решения в кассационном порядке по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, допускается лишь по тем доводам, изложенным в кассационной жалобе потерпевшей, которые указывают, в частности, на неправильную квалификацию действий осужденного, неприменение общих начал назначения наказания, повлекшие вынесение несправедливого приговора вследствие чрезмерной мягкости наказания.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба потерпевшей отклонена.
Государственный обвинитель отказался от обвинения по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ как излишнего, поскольку захват и перемещение потерпевших были способом убийства, и суд с этим согласился. Потерпевшая в кассационной жалобе просила вменить ст. 126 УК РФ и усилить наказание. Верховный Суд указал, что поворот к худшему по ст. 401.6 УПК РФ возможен лишь при нарушениях, искажающих суть правосудия, а доводов о чрезмерной мягкости наказания за убийство жалоба не содержала.
По смыслу части 1 статьи 44 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации регрессные иски, в том числе и о возмещении расходов страховым организациям, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства.
Приговор и апелляционное определение в части взыскания с осужденного затрат на лечение потерпевшей отменены, прокурору разъяснено право обратиться с иском в порядке гражданского судопроизводства.
По делу о разбое и убийстве суд удовлетворил заявленный прокурором в уголовном деле иск о взыскании с осужденного в пользу территориального фонда обязательного медицинского страхования расходов на лечение потерпевшей, а апелляционный суд этого не исправил. Верховный Суд указал, что по смыслу ч. 1 ст. 44 УПК РФ такие регрессные требования, в том числе о возмещении расходов страховым организациям, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства.
С учетом взаимосвязанных положений статей 389.22, 389.23 и части 1 статьи 389.24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд при повторном рассмотрении уголовного дела не вправе назначить осужденному более строгое наказание в тех случаях, когда предыдущий приговор отменен судом вышестоящей инстанции по основаниям, не связанным с несправедливостью назначенного наказания вследствие чрезмерной мягкости.
Судебные решения изменены: наказание смягчено до 8 лет лишения свободы.
Первый приговор по ч. 1 ст. 105 УК РФ с наказанием 8 лет лишения свободы был отменен апелляционным судом в связи с нарушением права на защиту, без доводов о мягкости наказания; при новом рассмотрении суд назначил 8 лет 6 месяцев. Верховный Суд указал, что в такой ситуации ухудшение положения осужденного, в том числе назначение более строгого наказания, не допускается, а апелляционный и кассационный суды это нарушение не устранили.
Сообщение о преступлениях, сделанное лицом после предъявленного ему обвинения в совершении этих преступлений, не может рассматриваться как явка с повинной.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба адвоката отклонена.
Защита просила признать явкой с повинной заявление, сделанное почти через месяц после задержания и предъявления обвинения в убийстве и незаконном обороте оружия, ссылаясь на нахождение осужденного в больнице. Верховный Суд указал, что сообщение о преступлениях, в которых лицо уже обвиняется, не является добровольным, а пребывание в больнице значения не имеет, так как ему предшествовали задержание и обвинение.
С учетом того, что положения ст. 242 УПК РФ о неизменности состава суда относятся лишь к стадии судебного разбирательства, проведение предварительного слушания и последующего судебного разбирательства по уголовному делу двумя разными судьями не противоречит данному положению закона.
Приговор и апелляционное определение оставлены без изменения, кассационная жалоба отклонена.
Осужденный ссылался на нарушение принципа неизменности состава суда, поскольку предварительное слушание по его делу провел один судья, а рассмотрел дело по существу другой. Верховный Суд указал, что требование ст. 242 УПК РФ о неизменности состава суда распространяется только на стадию судебного разбирательства, поэтому такая смена судьи закон не нарушает.
С учетом того, что разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых, использование в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц, в том числе в отношении которых дело выделено в отдельное производство, не допускается.
Приговор и апелляционное определение изменены: из описательно-мотивировочных частей исключено указание на фамилию лица, дело в отношении которого приостановлено.
В приговоре, вынесенном на основании вердикта присяжных, и в апелляционном определении суды при обосновании квалификации указали фамилию другого лица, дело в отношении которого приостановлено, как соучастника преступлений. Верховный Суд указал, что по ч. 1 ст. 252 УПК РФ разбирательство ведется только в отношении подсудимых, поэтому формулировки о виновности других лиц недопустимы.
Если перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялось истязание или совершалось глумление над ним, то такое убийство признается совершенным с особой жестокостью.
По кассационному представлению заместителя Генерального прокурора РФ апелляционное определение отменено, дело передано на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд иным составом.
Осужденный около двух часов избивал потерпевшего, перерезал ему ухо, прострелил ноги, угрожал убийством, дважды насильно помещал в багажник, а затем застрелил; суды квалифицировали содеянное по ч. 1 ст. 105 УК РФ, отвергнув признак особой жестокости. ВС РФ указал, что суды оценили лишь тяжесть отдельных повреждений, не учли все действия в совокупности и глумление над потерпевшим, вопреки разъяснениям Пленума об убийстве.
По смыслу ч. 4 ст. 29 УПК РФ при установлении судом апелляционной или кассационной инстанции нарушений закона, допущенных при судебном рассмотрении уголовного дела, он вправе вынести частное определение в адрес председателя нижестоящего суда только в том случае, когда указанные нарушения обусловлены ненадлежащим выполнением председателем своих обязанностей по организации работы суда.
Частное определение кассационного суда в адрес председателя районного суда отменено.
Кассационный суд вынес частное определение в адрес председателя районного суда, указав на нарушения при рассмотрении замечаний прокурора на протокол и ходатайства о восстановлении срока апелляционного обжалования. Верховный Суд отметил, что эти нарушения были допущены конкретным судьей, а в частном определении не названы ни нарушения самого председателя, ни данные о ненадлежащей организации им работы суда; общей ссылки на его полномочия недостаточно.
Согласно ст. 53 УК РФ при назначении наказания в виде ограничения свободы суд устанавливает перечисленные в законе определенные ограничения и обязанности, которые осужденный должен выполнять в установленный приговором срок.
Судебные решения изменены: исключены наказание по ч. 1 ст. 222 УК РФ и назначение наказания по ч. 3 ст. 69 УК РФ; лицо считается осужденным по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы.
За преступление по ч. 1 ст. 222 УК РФ суд назначил 2 года ограничения свободы, не установив ни одного ограничения и не возложив обязанностей, предусмотренных ст. 53 УК РФ, а затем сложил это наказание с лишением свободы за убийство по ч. 3 ст. 69 УК РФ. ВС РФ указал, что наказание по ч. 1 ст. 222 УК РФ фактически не было назначено.
Наступление тяжких последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни человека в момент его причинения не может быть признано обстоятельством, отягчающим наказание, и повторно учитываться при назначении наказания за совершение покушения на убийство.
Приговор изменен: исключено отягчающее обстоятельство, наказание за покушение смягчено до 11 лет 10 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, окончательное — до 22 лет 1 месяца лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.
При назначении наказания за покушение на убийство (ч. 3 ст. 30, пп. «д», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ) суд признал отягчающим обстоятельством наступление тяжких последствий в виде тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни. ВС РФ указал, что объективная сторона покушения на убийство охватывает причинение вреда здоровью любой тяжести, поэтому по ч. 2 ст. 63 УК РФ это обстоятельство повторно учитываться не может.
По уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего переходят к одному или нескольким его близким родственникам и (или) близким лицам.
Приговор и последующие судебные решения оставлены без изменения, кассационная жалоба адвоката — без удовлетворения.
Защита осужденного за убийство по найму (пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ) оспаривала признание потерпевшим брата погибшего наряду с его дочерью. ВС РФ указал, что при гибели лица права потерпевшего могут перейти к одному или нескольким близким родственникам (ч. 8 ст. 42 УПК РФ), к которым относятся и дочь, и брат, а очередности их признания потерпевшими закон не устанавливает.
Убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя насилие, при этом не требуется, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них.
Приговор оставлен без изменения.
Осужденная с соучастником проникла в дом потерпевшей, связала ее и похитила деньги, после чего они по договоренности душили потерпевшую тканью, а соучастник создал условия для ее отравления угарным газом. Осужденная отрицала сговор на убийство и причинную связь своих действий со смертью, но ВС РФ указал, что для убийства группой лиц достаточно непосредственного участия каждого в лишении жизни с применением насилия, даже если смертельные повреждения причинил не каждый.
При вынесении частного постановления суд обязан объявить об этом участникам судебного разбирательства, о чем делается запись в протоколе судебного заседания.
Частное постановление отменено.
Одновременно с приговором суд вынес частное постановление о проверке ненадлежащего поведения подсудимых в заседании, однако протокол судебного заседания не содержал сведений ни о его оглашении, ни о его вынесении. ВС РФ указал, что вопрос об оглашении частного постановления суд решает сам, но объявить о его вынесении с отражением этого в протоколе обязан.
Суд обоснованно отказал в удовлетворении гражданского иска о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда с того осужденного по уголовному делу, который не был признан виновным в убийстве потерпевшего.
Апелляционный приговор оставлен без изменения, кассационная жалоба потерпевшей — без удовлетворения.
Апелляционным приговором с осужденного за убийство взысканы в пользу матери погибшего расходы на погребение и компенсация морального вреда, а в иске к другому осужденному, признанному виновным лишь в похищении человека, отказано. Потерпевшая требовала солидарного взыскания по ст. 1064 и 1080 ГК РФ, но ВС РФ признал отказ обоснованным, поскольку второй осужденный не был признан виновным в убийстве.
В случае, если умысел на хищение имущества потерпевшего возник после убийства, совершенного на почве личных неприязненных отношений, содеянное квалифицируется по совокупности преступлений.
Приговор оставлен без изменения.
Осужденный после ссоры из личной неприязни убил двух человек, с которыми распивал спиртное, а затем тайно забрал из квартиры имущество одного из них; суд квалифицировал содеянное по п. «а» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Осужденный просил признать все единым убийством по пп. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, но ВС РФ указал, что умысел на хищение возник уже после убийства, а предложенная квалификация ухудшила бы его положение.
Если на момент совершения подсудимым преступления, в котором он обвиняется по рассматриваемому судом уголовному делу, его судимости погашены, то суд не вправе указывать эти судимости в вводной части приговора.
Приговор изменен: из вводной части исключено указание на две погашенные судимости.
Осужденному по п. «в» ч. 2 ст. 115 и пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ суд указал во вводной части приговора две прежние судимости, которые к моменту совершения новых преступлений были погашены. ВС РФ сослался на ст. 304 УПК РФ, ч. 6 ст. 86 УК РФ и разъяснения Пленума о судебном приговоре, согласно которым погашенные судимости в приговоре упоминать нельзя.
Все обзоры и поиск · Фильтр по ст. 105 УК РФ · Определения ВС по ст. 105 УК РФ
