Обзор практики ВС № 1 (2026): уголовные дела
Позиции Судебной коллегии по уголовным делам из обзора судебной практики Верховного Суда РФ, утвержденного Президиумом 25.03.2026.
Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2026)
Утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 25.03.2026 (постановление № 5А/2026).
Позиции Судебной коллегии по уголовным делам: 8 (п. 27–34).
- Об умысле, направленном на лишение жизни, свидетельствует характер действий виновного, который облил потерпевшего легковоспламеняющейся жидкостью…
- Суд, квалифицируя деяния по части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации по признаку совершения преступления путем поджога, должен…
- Суд первой инстанции правильно признал лицо виновным в незаконном приобретении без цели сбыта наркотического средства в значительном размере путем…
- Суд, принимая решение об освобождении от отбывания наказания на основании положений статьи 80.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, должен…
- С учетом положений части 6 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд обоснованно удовлетворил ходатайство об оглашении…
- Право на защиту было признано нарушенным, поскольку позиция защитника в ходе судебного заседания расходилась с позицией подсудимого и противоречила…
- В случае прекращения уголовного дела по реабилитирующему основанию по одной из статей предъявленного подсудимому обвинения процессуальные издержки,…
- Рассмотрение судьей других дел, в том числе гражданских, в период нахождения в совещательной комнате по уголовному делу является нарушением тайны…
Неофициальный пересказ. Правило приведено по тексту обзора, утвержденного Президиумом ВС РФ; юридическую силу имеет официальный текст.
Вопросы квалификации
Об умысле, направленном на лишение жизни, свидетельствует характер действий виновного, который облил потерпевшего легковоспламеняющейся жидкостью (бензином) и поджег его.
Кассационная жалоба оставлена без удовлетворения, квалификация по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ признана правильной.
Осужденный облил сына бензином и поджег его; в жалобе он просил переквалифицировать действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ, ссылаясь на неосторожность по отношению к смерти. ВС РФ согласился с судом, что сам характер действий указывает на умысел на убийство: виновный не мог не осознавать, что такие действия могут повлечь смерть потерпевшего.
Суд, квалифицируя деяния по части 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации по признаку совершения преступления путем поджога, должен исходить не только из способа умышленного уничтожения имущества ‒ с применением огня, но и из условий его возможного распространения на другие объекты и возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, а также чужому имуществу.
Приговор и апелляционное определение изменены: действия переквалифицированы с ч. 2 на ч. 1 ст. 167 УК РФ.
Осужденный по приговору с участием присяжных поджег автомобиль, в котором находились труп потерпевшей и ее имущество; содеянное квалифицировали по ч. 2 ст. 167 УК РФ. ВС РФ указал, что в приговоре нет выводов о том, что поджог создавал реальную угрозу распространения огня на другие объекты, вреда жизни и здоровью людей или иному имуществу, а без этого уничтожение имущества с причинением значительного ущерба квалифицируется по ч. 1 ст. 167 УК РФ.
Суд первой инстанции правильно признал лицо виновным в незаконном приобретении без цели сбыта наркотического средства в значительном размере путем присвоения найденного свертка.
По представлению заместителя Генерального прокурора РФ кассационное постановление Седьмого КСОЮ отменено, дело передано на новое кассационное рассмотрение.
Осужденный нашел на улице сверток с мефедроном в значительном размере, оставил его себе и хранил до задержания. Кассационный суд исключил осуждение за приобретение, сочтя, что в приговоре не описаны время, место и способ. ВС РФ указал, что приговор описывает приобретение путем находки, а присвоение найденного наркотика согласно п. 6 постановления Пленума № 14 от 15.06.2006 является незаконным приобретением.
Назначение наказания
Суд, принимая решение об освобождении от отбывания наказания на основании положений статьи 80.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, должен указать, какие свидетельствующие об изменении обстановки обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что лицо либо совершенное им преступление перестали быть общественно опасными.
По представлению заместителя Генерального прокурора РФ судебные решения отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Осужденный по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ после изменения категории преступления (ч. 6 ст. 15 УК РФ) был освобожден от наказания по ст. 80.1 УК РФ. ВС РФ указал, что ссылка на меньшую общественную опасность деяния и личности для этого недостаточна: норма применяется, лишь если лицо или преступление перестали быть общественно опасными, а суд не указал, в чем выразилось изменение обстановки; возмещение ущерба является смягчающим обстоятельством.
Процессуальные вопросы
С учетом положений части 6 статьи 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд обоснованно удовлетворил ходатайство об оглашении показаний несовершеннолетней потерпевшей, данных на предварительном следствии, без вызова ее для допроса в судебное заседание, сославшись на имеющиеся в деле материалы (заключение и показания эксперта), подтверждающие то, что участие в судебных действиях может негативно сказаться на психическом состоянии несовершеннолетней.
Кассационная жалоба осужденного оставлена без удовлетворения.
Осужденный за похищение, изнасилование, насильственные действия сексуального характера и покушение на убийство малолетней оспаривал оглашение ее показаний без вызова в суд. ВС РФ признал решение суда законным: оно принято с учетом мнения сторон и основано на заключении комплексной психолого-психиатрической экспертизы, показаниях эксперта-психолога, справке психолога и пояснениях законного представителя о вреде допроса для психики потерпевшей.
Право на защиту было признано нарушенным, поскольку позиция защитника в ходе судебного заседания расходилась с позицией подсудимого и противоречила его интересам.
Судебные решения отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Подсудимый, обвиненный в причинении матери тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть, в суде отрицал вину. Защитник по назначению вопреки его позиции возражал против вызова свидетелей, соглашался на оглашение показаний неявившихся лиц, а в прениях просил квалифицировать содеянное по ч. 4 ст. 111 УК РФ. ВС РФ признал, что позиция адвоката противоречила позиции и интересам подзащитного, чем нарушено право на защиту.
В случае прекращения уголовного дела по реабилитирующему основанию по одной из статей предъявленного подсудимому обвинения процессуальные издержки, связанные с этим обвинением, возмещаются за счет средств федерального бюджета.
Апелляционное и кассационное определения в части взыскания процессуальных издержек отменены, дело в этой части направлено на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе.
С осужденного взыскали издержки на оплату защитников по назначению. Апелляционный суд отменил осуждение по п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с прекращением дела за отсутствием состава и признанием права на реабилитацию, но решение о взыскании издержек оставил прежним без мотивов. ВС РФ напомнил, что издержки, связанные с обвинением, по которому лицо оправдано, возмещаются за счет федерального бюджета (п. 6 постановления Пленума № 42 от 19.12.2013).
Рассмотрение судьей других дел, в том числе гражданских, в период нахождения в совещательной комнате по уголовному делу является нарушением тайны совещания судей при постановлении приговора, которое влечет его отмену.
По представлению заместителя Генерального прокурора РФ приговор и последующие решения отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Судья удалился в совещательную комнату для постановления приговора, объявив об оглашении на следующий день, и в этот период рассмотрел пять гражданских дел с проведением заседаний и оглашением резолютивных частей решений. ВС РФ признал это нарушением тайны совещания судей (ст. 298 УПК РФ), которое является существенным нарушением закона и влечет отмену приговора (ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ).
