Ст. 111 УК РФ в обзорах ВС
Статья 111 УК РФ. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью. Позиции Судебной коллегии по уголовным делам из обзоров судебной практики Верховного Суда.
Позиций в обзорах: 18. Сначала — 1, в правиле которых названа ст. 111 УК РФ, затем дела, где она применена, а правило касается другого вопроса.
Неофициальный пересказ. Правило приведено по тексту обзора, утвержденного Президиумом ВС РФ; юридическую силу имеет официальный текст.
С учетом данных о личности виновной квалификация ее действий по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации как тяжкого преступления против личности не препятствует применению отсрочки отбывания наказания на основании статьи 82 Уголовного кодекса Российской Федерации при условии, что наказание за это преступление в виде лишения свободы назначено на срок не более 5 лет.
Апелляционное и кассационное определения отменены, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе.
Осужденной по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 3 годам лишения свободы, имеющей троих малолетних детей, отказали в отсрочке по ч. 1 ст. 82 УК РФ со ссылкой на совокупность обстоятельств и на то, что отсрочка – право суда. ВС РФ указал, что запрет отсрочки действует лишь при сроке свыше 5 лет, суды не проанализировали положительные характеристики и судьбу детей, а отсрочка направлена прежде всего на защиту интересов семьи и детей.
В случае совершения нового преступления лицом, отбывающим наказание в виде лишения свободы, неотбытой частью наказания следует считать срок, оставшийся на момент избрания меры пресечения в виде заключения под стражу за вновь совершенное преступление.
Судебные решения изменены, наказание, назначенное по ст. 70 УК РФ, смягчено до 7 лет 7 месяцев лишения свободы.
При назначении наказания по ст. 70 УК РФ суд счел неотбытую часть по прежнему приговору равной 5 месяцам 21 дню и присоединил 2 месяца. ВС РФ указал, что неотбытой частью считается срок, оставшийся на момент избрания меры пресечения в виде заключения под стражу за новое преступление; с учетом зачета содержания под стражей он составлял 1 месяц 15 дней, и присоединение 2 месяцев ухудшило положение осужденного.
Если при замене неотбытой части наказания в виде лишения свободы ограничением свободы осужденный после освобождения из исправительного учреждения не выполнил требования, указанные в предписании, в том числе о явке в уголовно-исполнительную инспекцию, то такое лицо считается не приступившим к отбыванию наказания в виде ограничения свободы.
По представлению заместителя Генерального прокурора РФ кассационное определение отменено, дело направлено на новое кассационное рассмотрение.
Лицу ранее заменили неотбытую часть лишения свободы ограничением свободы; после освобождения оно не явилось в уголовно-исполнительную инспекцию по предписанию. Кассационный суд исключил назначение наказания по ст. 70 УК РФ, сочтя ограничение свободы отбытым. ВС РФ указал, что срок ограничения свободы исчисляется со дня освобождения лишь при выполнении предписания, а осужденный к отбыванию этого наказания не приступил.
Об умысле, направленном на лишение жизни, свидетельствует характер действий виновного, который облил потерпевшего легковоспламеняющейся жидкостью (бензином) и поджег его.
Кассационная жалоба оставлена без удовлетворения, квалификация по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ признана правильной.
Осужденный облил сына бензином и поджег его; в жалобе он просил переквалифицировать действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ, ссылаясь на неосторожность по отношению к смерти. ВС РФ согласился с судом, что сам характер действий указывает на умысел на убийство: виновный не мог не осознавать, что такие действия могут повлечь смерть потерпевшего.
Право на защиту было признано нарушенным, поскольку позиция защитника в ходе судебного заседания расходилась с позицией подсудимого и противоречила его интересам.
Судебные решения отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Подсудимый, обвиненный в причинении матери тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть, в суде отрицал вину. Защитник по назначению вопреки его позиции возражал против вызова свидетелей, соглашался на оглашение показаний неявившихся лиц, а в прениях просил квалифицировать содеянное по ч. 4 ст. 111 УК РФ. ВС РФ признал, что позиция адвоката противоречила позиции и интересам подзащитного, чем нарушено право на защиту.
Установление умысла на совершение преступления является правовым вопросом, который при рассмотрении дела судом присяжных заседателей с учетом положений части 5 статьи 339 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит включению в вопросный лист и разрешается судьей при вынесении приговора.
Кассационное определение и последующее апелляционное определение отменены, дело передано на новое кассационное рассмотрение.
Подсудимый осужден с участием присяжных по ч. 1 ст. 105 УК РФ; умысел на убийство председательствующий вывел из установленных вердиктом фактов. Кассационный суд счел, что умысел должны были устанавливать присяжные, и отменил апелляционное определение, после чего действия переквалифицированы на ч. 4 ст. 111 УК РФ. ВС РФ указал, что умысел и квалификация – правовые вопросы, которые в силу ч. 5 ст. 339 УПК РФ не включаются в вопросный лист и разрешаются судьей.
Наличие в материалах дела расписки осужденного, составленной сразу после оглашения приговора, о нежелании обжаловать приговор и участвовать в заседании суда апелляционной инстанции, притом что в дальнейшем он подал апелляционную жалобу и направил в суд апелляционной инстанции своего представителя, не может являться основанием для рассмотрения дела в отсутствие осужденного, если имелись сведения об уважительной причине его неявки в судебное заседание суда апелляционной инстанции.
Апелляционное и кассационное определения отменены, уголовное дело передано на новое апелляционное рассмотрение.
Сразу после приговора по п. «а», «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ осужденный дал расписку, что не будет обжаловать приговор и участвовать в апелляции, но затем подал апелляционную жалобу. Его дочь сообщила суду о его желании участвовать и о госпитализации, что подтверждено справкой, однако апелляционный суд рассмотрел дело без осужденного, не обсудив уважительность неявки и не выяснив его действительную волю.
В случае назначения окончательного наказания по правилам статьи 70 УК РФ суду вначале необходимо указать на срок ограничения свободы, а также на соответствующие ограничения и возложить обязанности при назначении наказания по последнему приговору на основании части 3 статьи 69 УК РФ, а после этого – и при назначения наказания по совокупности приговоров на основании статьи 70 УК РФ.
Приговор и последующие решения изменены: исключено дополнительное наказание в виде ограничения свободы на 1 год 6 месяцев по ч. 4 ст. 111 УК РФ, по ч. 3 ст. 69 и ст. 70 УК РФ, а также указание на установленные ограничения и обязанность.
При назначении наказания по ч. 3 ст. 69 УК РФ суд указал лишь срок дополнительного ограничения свободы, не установив ограничений и обязанности, и установил их только при назначении наказания по ст. 70 УК РФ, хотя по предыдущему приговору ограничение свободы не назначалось. Верховный Суд признал, что это наказание за преступление по ч. 4 ст. 111 УК РФ и по совокупности фактически не назначено, а потому и по ст. 70 УК РФ назначено необоснованно.
По смыслу части 1.1 статьи 63 УК РФ само по себе совершение преступления в состоянии опьянения не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. При разрешении вопроса о возможности признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством суду надлежит принимать во внимание характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, в том числе влияние состояния опьянения на поведение лица при совершении преступления, а также личность виновного.
Приговор и кассационное определение изменены: исключено отягчающее обстоятельство в виде состояния опьянения, наказание по ч. 4 ст. 111 УК РФ смягчено до 8 лет, по ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательно назначено 10 лет 6 месяцев лишения свободы в колонии строгого режима.
Суд признал отягчающим обстоятельством совершение преступления по ч. 4 ст. 111 УК РФ в состоянии алкогольного опьянения без мотивировки, притом что поводом послужило противоправное и аморальное поведение потерпевшего. Кассационный суд обосновал этот вывод обстоятельствами, не установленными приговором, выйдя за пределы своих полномочий. Верховный Суд исключил это обстоятельство и с учетом явки с повинной применил ч. 1 ст. 62 УК РФ.
Поскольку к преступлению, входящему в совокупность приговоров, подлежал применению акт об амнистии, то оснований для применения при назначении наказания положений части 5 статьи 74, статьи 70 УК РФ не имелось.
По кассационному представлению судебные решения изменены: исключены указания на судимость по приговору 2014 г. и на назначение наказания по ст. 70 УК РФ; осужденный считается осужденным по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 13 годам лишения свободы в колонии строгого режима.
При осуждении по ч. 4 ст. 111 УК РФ суд отменил по ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору 2014 г. по ч. 1 ст. 117 УК РФ и назначил наказание по ст. 70 УК РФ. Верховный Суд указал, что по постановлению Государственной Думы об амнистии от 24 апреля 2015 г. условно осужденный подлежал освобождению от наказания со снятием судимости, ограничений для этого не было, поэтому ч. 5 ст. 74 и ст. 70 УК РФ применению не подлежали.
Возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению может иметь место лишь в случае, если допущенное органами предварительного расследования процессуальное нарушение является таким препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.
По кассационному представлению кассационное определение отменено, дело направлено на новое кассационное рассмотрение во Второй кассационный суд общей юрисдикции.
Кассационный суд общей юрисдикции отменил приговор по п. «а», «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и вернул дело прокурору, сочтя, что обвинительное заключение не утверждено прокурором и содержит два взаимоисключающих мотива. Верховный Суд установил, что суд сослался на проект обвинительного заключения, а итоговое заключение утверждено; личная неприязнь, возникшая в связи со служебной деятельностью потерпевшего, не порождает неопределенности, поэтому оснований по ст. 237 УПК РФ не было.
Характер действий лица, которое облило бензином потерпевшую и подожгло ее, свидетельствует об умысле на убийство.
Судебные решения оставлены без изменения, кассационные жалобы осужденного и адвоката – без удовлетворения.
Осужденный по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ облил супругу бензином и поджег ее; защита отрицала умысел на убийство, выдвигала версию о причастности самой погибшей к возгоранию и просила о переквалификации на ч. 4 ст. 111 УК РФ. Верховный Суд указал, что виновность и умысел на причинение смерти подтверждены показаниями свидетелей, сообщениями самой потерпевшей, заключениями экспертиз, и оснований для переквалификации нет.
Нерассмотрение судом кассационной инстанции кассационной жалобы адвоката, поданной в установленном законом порядке, одновременно с жалобой осужденного, является основанием отмены кассационного определения ввиду нарушения требований части 3 статьи 401.14 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Кассационное определение кассационного суда общей юрисдикции отменено.
Приговор был обжалован в кассационном порядке осужденным и его адвокатом, обе жалобы вместе с делом поступили в кассационный суд общей юрисдикции, однако тот рассмотрел только жалобу осужденного; доводы адвоката в определении не отражены и решение по ней не принято. Верховный Суд признал такое кассационное определение не отвечающим требованиям ч. 4 ст. 7 и ч. 3 ст. 401.14 УПК РФ.
Действия лица, который в общественном месте без видимого повода нанес потерпевшему удары ножом в жизненно важный орган – шею, причинив повреждения, повлекшие его смерть, свидетельствуют о наличии у него умысла на лишение потерпевшего жизни и подлежат квалификации по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, совершенное из хулиганских побуждений.
Приговор оставлен без изменения, кассационная жалоба осужденного о переквалификации на ч. 4 ст. 111 УК РФ отклонена.
Осужденный в состоянии опьянения на улице без видимого повода внезапно напал сзади на незнакомого человека и нанес ему не менее двух ударов ножом в шею, от которых тот скончался; суд квалифицировал содеянное по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Верховный Суд отклонил доводы о драке и неосторожности, указав, что характер действий и локализация ударов подтверждают умысел на убийство и хулиганский мотив.
С учетом положений п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ расходы потерпевшего, связанные с выплатой им вознаграждения своему представителю, оплачиваются из средств федерального бюджета. Суммы, выплаченные потерпевшему на покрытие этих расходов, являются процессуальными издержками и взыскиваются с осужденных или относятся на счет средств федерального бюджета.
Приговор и последующие судебные решения в части взыскания 80 тыс. руб. отменены, дело в этой части передано на новое рассмотрение в порядке ст. 397–399 УПК РФ.
С осужденной по п. «б» ч. 3 ст. 111 и п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ в пользу потерпевшей напрямую взыскали 80 тыс. руб. расходов на представителя. ВС РФ согласился, что эти расходы подлежат возмещению, но указал, что по п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ они выплачиваются из федерального бюджета, после чего решается вопрос о взыскании процессуальных издержек с осужденной в доход государства.
Исходя из положений ст. 339 УПК РФ решение о необходимости включения в вопросный лист частных вопросов, в том числе о наличии фактических обстоятельств, исключающих ответственность за содеянное или влекущих ответственность за менее тяжкое преступление, принимается председательствующим.
По кассационному представлению заместителя Генерального прокурора РФ определение Седьмого кассационного суда общей юрисдикции отменено, дело передано на новое кассационное рассмотрение в тот же суд иным составом.
Кассационный суд отменил приговор, постановленный с участием присяжных по ч. 4 ст. 111, п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, так как председательствующий не поставил частный вопрос защиты об оборонительном характере действий подсудимого. ВС РФ указал, что необходимость частных вопросов определяет председательствующий, процедура составления вопросного листа соблюдена, а позиция подсудимого могла быть учтена через ответы на поставленные вопросы.
В случае, когда установленное в санкции статьи дополнительное наказание не является обязательным, суд в приговоре должен указать основания его применения с приведением соответствующих мотивов.
Судебные решения изменены: исключено ограничение свободы, назначенное по ч. 4 ст. 111 УК РФ и по совокупности по ч. 3 ст. 69 УК РФ, а также установленные по ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничения и обязанность.
Осужденному по ч. 4 ст. 111 УК РФ наряду с лишением свободы назначили дополнительное наказание в виде ограничения свободы, не приведя в приговоре никаких мотивов. ВС РФ указал, что это дополнительное наказание по санкции не является обязательным, поэтому его назначение должно быть мотивировано; ошибку не исправил и суд кассационной инстанции.
При вынесении частного постановления суд обязан объявить об этом участникам судебного разбирательства, о чем делается запись в протоколе судебного заседания.
Частное постановление отменено.
Одновременно с приговором суд вынес частное постановление о проверке ненадлежащего поведения подсудимых в заседании, однако протокол судебного заседания не содержал сведений ни о его оглашении, ни о его вынесении. ВС РФ указал, что вопрос об оглашении частного постановления суд решает сам, но объявить о его вынесении с отражением этого в протоколе обязан.
Все обзоры и поиск · Фильтр по ст. 111 УК РФ · Определения ВС по ст. 111 УК РФ
